не стыдно, Фигаро! — возмутился Артур. — Какой, к дьяволу, спирт?! Это самогон, великолепный, восьмидесятиградусный самогон, выгнанный лично Абдулом Альхазредом из перинейской брюквы, желчи дракона и крови Морганы — старушка была большая затейница насчет спиртных напитков, хе-хе… Пейте, пейте, не смотрите на меня так… Я эту бутылку хранил почти семьсот лет. Как раз для такого случая.
Фигаро, чувствуя, что его способность удивляться на сегодня уже окончательно контужена, молча отхлебнул из «кувшина» огненной жидкости и протянул бутылку Артуру. В голове зашумело — такой-то градус да на пустой желудок… Но, то ли желчь дракона подействовала, то ли кровь древней колдуньи была столь забориста, а, может, все дело было в силе перинейской брюквы — чем бы она ни была — но следователь почувствовал, как страх медленно но верно отступает, снижая свою интенсивность до жизненно приемлемого уровня.
Он спросил:
— Зачем вы, все-таки, меня заперли?
Артур хмыкнул.
— Да вот, хотя бы, затем, чтобы вы не попытались жахнуть демона его же энергией… Кстати, на будущее запомните: если у вас вдруг резко усиливается способность управлять эфиром, значит, эта тварь рядом.
— Но почему так?
— Потому что наш с демоном договор дает ему возможность проникать в этот мир. А договор, как вы, наверное, знаете, скрепляется силой крови.
Следователь разинул рот.
— Да, Фигаро, да. Силу демону дает договор, договор — в нашей крови, а вы…
— Этого не может быть.
— …вы мой пра-пра-пра… И еще дохрена раз «пра» — внук.
— …
— …последний из моих живых родичей. Так-то. Поэтому сражаясь с демоном его же силой вы, как бы, расширяете ворота, через которые тварь сюда проникает. Не делайте этого никогда.
Следователь схватил протянутый сосуд с самогоном и жадно сделал три больших глотка.
— Я — родственник Мерлина Первого?
— И что? Знаете, Фигаро, у магов тоже бывают дети. А уж сколько их у меня было внебрачных… — Он махнул рукой.
—А… А моя… Пра-пра… и так далее… бабка?
— Моргана.
Следователь икнул.
— Не обольщайтесь, друг мой. Не обольщайтесь. Колдовская сила по наследству, конечно, передается, но в вашем роду было столько конюхов и портных, что я удивляюсь, как вы вообще вышли на такой уровень — пробить мою ловушку смог бы далеко не каждый магистр.
Помолчали. Затем следователь спросил:
— Ну хорошо… Хорошо, хотя моя башка сейчас просто взорвется… Но, допустим. Тогда выходит, что я тоже… бессмертный?
— Это еще с какой радости?
— Но вы же говорили, что договор дал вам…
— А, вы об этом… Черта с два. Вы-то не заключали договор с демоном лично. Вас он может сожрать как раз плюнуть. Это-то и плохо. Я давным-давно придумал, как спрятать себя от этой твари, поэтому он и охотится за вами. Вы для него идеальная цель — в вашей крови след Договора, но над вами не висит его защита. Вы… как бы поручитель с ограниченными правами, но, в то же время, с полной ответственностью.
— Большое спасибо…
— Не за что. Если бы мы с Морганой в свое время не провели пару веселых месяцев в Оазисе Алых Маков, вы бы сейчас тут вообще не сидели… И, да, — предвосхищая ваш вопрос: вас спрятать от демона не получится. Для этого нужно искупаться в свежей крови дракона, а они все давно передохли.
— Но…
— Слушайте, Фигаро! Слушайте и не перебивайте! — Артур потряс в воздухе «кувшином». — Соглашение с демоном искажает реальность. Этот договор, он словно заноза в заднице нашего мира: континуум пытается вытолкнуть ее наружу. Отсюда и все эти странные события вокруг вас: Другие, колдуны-убийцы, псионики… Это будет проявляться волнами — возможны десятилетия затишья, а потом все по новой. Но от этого легко защищаться. Вам просто нельзя засиживаться на одном месте. Как только над вами нависнет очередной призрак колдуна-психопата — хватайте чемоданы и езжайте на Черные Пруды стрелять уток. И все устаканится само собой, вот увидите… Может, вам повезет: найдете дракона, вскроете ему брюхо…
— Опять-таки спасибо. Но тогда, следуя вашей логике, мне нужно не бежать от неприятностей, а, наоборот, — бежать им навстречу, сломя голову.
Артур вздохнул.
— Может и так, Фигаро. Может и так… В любом случае, если мы засадим демона обратно в его тюрьму, то вам не придется волноваться об этом — в отсутствие демона договор пассивен…
Снова выпили — в сосуде еще осталось около половины. Фигаро, делая очередной глоток, заметил, что хмелеет, но как-то странно: мысли делались все более четкими, объемными. Думалось легко, и рой вопросов уже кружился в его голове.
— Забавно, — сказал он, болтая «кувшином», — очень забавно. Получается, демон может существовать в нашем мире до тех пор пока живы носители договора… А что если я просто пущу себе пулю в голову?
— Тогда договор окажется нарушенным. — Артур резко мотнул головой. — А договор — это не просто бумажка с печатями и подписями. Это, своего рода, надстройка над нашей реальностью, ее расширение, плагин… не знаю, как вам объяснить… Он — как одна из карт в основе карточного домика нашей Вселенной. Что случится, если договор нарушить… Может быть, ничего. Может, солнце взорвется Новой звездой. А, быть может, весь наш кластер реальности прекратит свое существование. Вы готовы пойти на такой риск?
— Стоп! Стоп! А чем это будет отличаться… Ну, если демон меня просто грохнет?
— В этом случае, — Артур нравоучительно потряс пальцем, — договор перейдет к демону и он сам исполнит его условия. Понимаете? Что случится на этот раз, я даже представить себе боюсь. Война? Эпидемия? Восстание мертвых их могил? Армагеддон с ангелами и чертями? Есть шанс — и он, к сожалению, сильно отличен от нуля, — что наша Земля превратится в обугленный шар.
Фигаро возмущенно топнул сапогом, забыв, что под ним нет ничего, кроме воздуха, и смешно засучил ногами в пространстве.
— Но почему?! Зачем это нужно демону?! Какой в этом прок для него самого? Другие вообще не из нашего мира; какое им дело до нас?!
— Тише, Фигаро, тише!‥ Об этом вам надо спрашивать не у меня, а у старика Альхазреда. Или у кого-нибудь, кто круче и умнее старика Мерлина.
— А были маги и могущественнее вас?!
— Миллион. То что я первый, не значит, что сильнейший. Тот же Хорро из Белловуда уделал бы
